Борис Херсонский:
Двадцать три года назад мы смотрели по Первой программе балет "Лебединое озеро" на выпуклых экранах цветных телевизоров. Классический балет в те годы воспринимался как некая угроза типа "Вы у нас еще попляшете!"
Танец, запланированный ребятами из ГКЧП не получился. Но поплясать нам все же пришлось. До сих пор болят икроножные мышцы.
В то время я заведовал отделом "Общество" новорожденной газеты Одесского горсовета "Одесский вестник", был депутатом вышеозначенного совета. Мы собрались на внеочередную сессию. И сессия приняла решение не подчиниться ГКЧП. Одна из сотрудниц газеты Валентина Мочалина (ныне ее, к сожалению, уже нет на белом свете), имевшая добротное райкомовское прошлое, в тот день подала заявление о выходе из партии.
Говорят, что тогдашний мэр Одессы Валентин Симоненко напился и, сорвав со стены портрет Ильича, долго топтал его ногами. Напиться Валентин Симоненко мог. Не знаю, как насчет дальнейшего...
У меня было настолько мрачное настроение, насколько это возможно. Мы ходили с моим другом по улице и тупо раздавали какие-то листовки. Терять нам было нечего. И тут мы встретили пьяненького московского приятеля. Он был в шикарном белом костюме, несколько запятнанном, и в самом безоблачном расположении духа. Поинтересовался, почему мы такие мрачные. Мы объяснили.
А, это все х...я! - заявил знакомец. Через три дня Ельцин их всех арестует.
И, пошатываясь, ушел в направлении улицы Садовой. До сих пор интересно, откуда он знал? Или ему подсказал Бахус?
Двадцать три года назад мы смотрели по Первой программе балет "Лебединое озеро" на выпуклых экранах цветных телевизоров. Классический балет в те годы воспринимался как некая угроза типа "Вы у нас еще попляшете!"
Танец, запланированный ребятами из ГКЧП не получился. Но поплясать нам все же пришлось. До сих пор болят икроножные мышцы.
В то время я заведовал отделом "Общество" новорожденной газеты Одесского горсовета "Одесский вестник", был депутатом вышеозначенного совета. Мы собрались на внеочередную сессию. И сессия приняла решение не подчиниться ГКЧП. Одна из сотрудниц газеты Валентина Мочалина (ныне ее, к сожалению, уже нет на белом свете), имевшая добротное райкомовское прошлое, в тот день подала заявление о выходе из партии.
Говорят, что тогдашний мэр Одессы Валентин Симоненко напился и, сорвав со стены портрет Ильича, долго топтал его ногами. Напиться Валентин Симоненко мог. Не знаю, как насчет дальнейшего...
У меня было настолько мрачное настроение, насколько это возможно. Мы ходили с моим другом по улице и тупо раздавали какие-то листовки. Терять нам было нечего. И тут мы встретили пьяненького московского приятеля. Он был в шикарном белом костюме, несколько запятнанном, и в самом безоблачном расположении духа. Поинтересовался, почему мы такие мрачные. Мы объяснили.
А, это все х...я! - заявил знакомец. Через три дня Ельцин их всех арестует.
И, пошатываясь, ушел в направлении улицы Садовой. До сих пор интересно, откуда он знал? Или ему подсказал Бахус?
