Николаевск - Керби. Амгунь

[aakina]

 

Неизвестная русская пароходная почта:

Николаевск – Керби  

     Неизвестной назовем такую пароходную почту Российской империи, от которой не сохранилось (к настоящему времени) ни почтовых свидетельств в виде оттисков календарных штемпелей на тех или иных бумажных носителях, ни других почтовых документов. К этой категории можно отнести пароходную почту между городом Николаевск (с 1850 г. Николаевский пост, с 1856 г. город Николаевск, с 1926 г. город Николаевск-на-Амуре) и Кербинской резиденцией золотопромышленных компаний на реке Амгунь (левый приток Амура). О существовании такой почты имеется лишь упоминание в перечне пароходных почтовых отделений в бассейне Тихого океана (см.: «Филателия» № 3 за 2008 год, стр. 41). 

 

 

     Первая заявка на горный отвод в Приамгунье была сделана в 1869 году. В 1870 г. на левом берегу Амгуни основана Кербинская резиденция, переименованная в 1894 г. в «Керби» с присвоением статуса села. Однако в разговорной речи, да и в некоторых официальных документах ХХ века это поселение часто называлось «Кербинский Склад» или «Кербинская резиденция». В 1939 году село переименовали в «имени Полины Осипенко» (в этих местах завершился беспосадочный перелет Москва – Дальний Восток, одним из участников которого была летчик П.Д.Осипенко). К сожалению, автору не удалось найти хотя бы одну дореволюционную открытку с видом села Керби. Поэтому в качестве иллюстрации приводится открытка советского периода (по фотографии 1937 года).

     Согласно «Памятной книжке Приморской области на 1903 год», золотодобыча в Амгунском крае концентрировалась вокруг трех мест: устье реки Амгунь (110 вёрст от Николаевска на пароходе; Золотопромышленная компания – далее ЗПК – Маркевича и Гершевича, ЗПК Хренова), Удинский Склад (200 вер. от Николаевска на пароходе; ЗПК Херпучи, ЗПК Каргачинская) и Кербинский Склад (450 вер. от Николаевска на пароходе; Амгунская ЗПК, Приамурское Золотопромышленное Товарищество, ЗПК Ельцова и Левашева, ЗПК Дикмана). В летнее время рабочие и грузы доставлялись в эти места с помощью пароходов золотопромышленников. Почтовая корреспонденция отправлялась «с оказией» или через мирового судью (находился либо в Керби, либо на приисках Амгунской ЗПК в 50 верстах от Керби). Регулярная почтовая связь отсутствовала, что беспокоило местное население. В наиболее полном виде вопрос об организации срочного почтового пароходства по р.Амгуни был поставлен в 1912 году.

     «Наконец то вспомнили об Амгуни. <…>. В 100 верстах выше г. Николаевска в Амур впадает золотоносная, судоходная река Амгунь. <…>. В 110 верстах от устья реки находится большой Удинский, а в 400 верстах Кербинский склады. От них идут грунтовые дороги к самим приискам, отстоящим на расстоянии нескольких десятков вёрст. <…>. В общем, в операционное время население Амгунского района достигает до 20 тысяч человек, из коих до 16 тысяч исключительно рабочих китайцев и около 4 тысяч частных жителей. <…>. В настоящее время рейсируют три небольших парохода «Гермоген Курбатов», бывший «Атаман», «Восток» и «Тарбаган», принадлежащие т.д. Руманчук и Ко и Генрихсену и обслуживающие лишь приисковые нужды. Никаких расписаний для этих пароходов не существует, и ходят они как вздумается <…>. Такое ненормальное положение вещей и заставило золотопромышленников войти с ходатайством об установлении срочного почтово-пассажирского движения по Амгуни в результате чего для исследования судоходности р. Амгуни выехала партия техников с инженером Крыниным во главе. <…>. В половодье р. Амгунь судоходна для мелкосидящих пароходов на 700 вер., когда же вода спадает, то в 100 вер. от устья проход является невозможным. <…>. Задачу выехавшей партии составляет определить и осветить фарватер реки, а перекаты будут впоследствии углублены землечерпательными машинами» («Приамурье», 1912, № 1695 от 12 июня, стр. 5).

     Дальнейшее развитие событий привело к тому, что с навигации 1914 года начала функционировать пароходная почта Николаевск – Керби. Первое упоминание об этом относится к апрелю 1914 г.: «Почтовые рейсы по Амгуни. Нач. Приамур. почтово-тел. округа телеграфирует, что главное управление почт и телеграфов разрешило перевозку почты по Амгуни на пароходе гг. Борщева и Цыбуревкина «Муром» с тем, чтобы для почтово-телеграфного чиновника и почтальонов были отведены особые каюты» («Эхо», 1914, № 1578 от 11 апреля, стр. 3). Затем последовало сообщение, что названные владельцы судна отказались от выполнения почтовых рейсов. Спустя некоторое время они опять согласились. Теперь уже начальник Приамурского почтово-телеграфного округа стал сомневаться в необходимости иметь дело с такими предпринимателями. Не найдя альтернативных предложений, начальник округа всё-таки согласился на открытие подвижного почтового отделения на пароходе «Муром».

     В начале сентября 1914 года п/х «Муром» был продан благовещенскому купцу, золотопромышленнику Г. И. Генрихсен, который принял на себя обязательства продолжения срочных почтово-пассажирских рейсов по Амгуни. В качестве вспомогательного парохода Г. И. Генрихсен использовал мелкосидящий «Амгунец» (приобретен у Амгунского Пароходного Товарищества). С 19 июня 1916 г. «Амгунец» (макет этого парохода представлен в Амурском областном краеведческом музее; см. иллюстрацию) стал основным почтовым пароходом, а «Муром» − вспомогательным.

     Оба парохода и в 1917 году выполняли рейсы между Николаевском и Керби. Однако не удалось обнаружить какие-либо документы об открытии временного почтового отделения на этих пароходах. Да и в газетных объявлениях перестали указывать: «выйдет почтовым рейсом». Поэтому последним распоряжением по интересующей нас теме можно считать приказ начальника Приамурского почтово-телеграфного округа от 31 мая 1916 г.: «С 15 мая с.г. на пароходе «Муром», рейсирующем по р. Амгуни, между гор. Николаевском и Кербинской резиденцией, открыто подвижное почтовое отделение с приемом и выдачей простых и заказных почтовых отправлений, льготных посылок и приемом внутренних телеграмм. За начальника округа (подп.) И.Зайковский» («Приамурские ведомости», 1916, № 2435 от 4 июня, стр. 2).

    В мае 1918 года появилось сообщение Правления Хабаровского Общества Националь-Флота о планах выполнения почтовых рейсов по Амгуни на национализированных большевиками пароходах «Амгунец» и «Муром». Однако уже в конце мая власть опять сменилась и в бассейне р. Амура пароходы вернули прежним хозяевам. Отсутствие же казенных субсидий не позволило в навигацию 1918 года организовать почтовые рейсы.

     8 июля 1919 года в зале заседаний Николаевской Городской Думы состоялось межведомственное совещание под руководством начальника Управления водных путей, инженера П. П. Крынина. Обсуждались четыре вопроса, первым из которых был «Об организации в навигацию текущего года срочных почтово-грузо-пассажирских пароходных сообщений по р. Амгуни (между Николаевском и Керби)». Было упомянуто, что еще зимой на объявление взять на себя содержание этих рейсов откликнулись только двое местных пароходовладельцев – П. Я. Руманчук и Г. И. Генрихсен. Затем первый из них снял свое предложение. Поэтому на совещании обсуждались условия заключения договора с Г. И. Генрихсен. Предложено выполнить 24 рейса и выделить на это казенную субсидию в размере 140 400 руб. (из расчета 6 руб. за каждую пройденную версту). Но далее не последовало каких-либо сообщений о реализации решений совещания. Скорее всего, либо Омское правительство адмирала Колчака не выделило необходимую сумму денег, либо сам Г. И. Генрихсен передумал. Так или иначе, но в навигацию 1919 года не было открыто подвижное почтовое отделение на реке Амгунь.

     История с почтовыми пароходами и взаимосвязью Николаевска и Керби получила своеобразное продолжение в 1920 году. В конце февраля в Николаевск вошли «красные» партизаны под командованием Якова Тряпицына. В марте они вырезали японский гарнизон, гражданских лиц Японии, местных «буржуев» и других «врагов народа» (см. роман Якова Ловича «Враги»). Оставшимся в живых было приказано эвакуироваться в Керби вместе с партизанами на почтовых пароходах и пешком по почтовому тракту Николаевск – Керби. С 30 мая по 3 июня весь город (в том числе и здание почтово-телеграфной конторы) был сожжен (в качестве иллюстрации того, что осталось, приведены три японские открытки). Уже в селении Керби группа недовольных своим    

 

 

командиром партизан проникла на пароход «Амгунец» и арестовала Я. Тряпицына вместе со штабом. Созвали собрание, известное как «суд 103-х», и простым голосованием вынесли решение – расстрелять командира и штаб. Соответственно, из-за всех этих событий в 1920-м было не до пароходной почты. Точнее, были уничтожены как почта, так и почтово-телеграфные чиновники. В дальнейшем при японцах и советах предпринимались попытки возродить амгунскую пароходную почту, но это уже другая история.    

     Таким образом, достоверно известно, что пароходная почта Николаевск – Керби существовала три года – с 1914-го по 1916-й. Ещё три года – с 1917-го по 1919-й – остаются не до конца изученными, хотя на сегодня нет никаких сведений о выполнении почтовых рейсов в эти навигации. Пароход «Муром», а затем и «Амгунец» должны были выполнять по 24 рейса в навигацию. На самом деле, если судить по газетным объявлениям, имело место только 58 рейсов в 1914 – 1916 гг. На каждый рейс Николаевск – Керби – Николаевск отводилось 7 суток. Почтовый пароход в Николаевске отходил от пристани Торгового дома «Чурин и Компания». Маршрут был следующим: город Николаевск – село Маго – поселения по Пальвинской протоке реки Амур (по требованию) – село Тыр (устье р.Амгунь) – Удинский Склад – село Керби. Стационарные почтовые отделения в этих местах открыли в декабре 1916 года (Маго и Керби) и августе 1917 г. (Тыр). По новому почтовому тракту Николаевск – Керби первая почта была отправлена в декабре 1916 года.

     Можно предположить, что к началу навигации 1914 года были изготовлены два овальных календарных штемпеля «НИКОЛАЕВСКЪ – КЕРБИ / * ПАРОХ. а» («большого»» диаметра для клеймения корреспонденции и «малого» − для квитанций) и два аналогичных штемпеля «КЕРБИ – НИКОЛАЕВСКЪ / * ПАРОХ. а» (возможно, в обоих случаях ограничились только штемпелем «большого» диаметра), прямоугольный штамп для заказной корреспонденции (другой вариант: отпечатаны ярлыки с литерой «З» для почтовых отправлений внутри империи и «R» − для международных) и гербовая печать подвижного почтового отделения (для таких – временных – учреждений могли и не делать эту печать, а на официальные документы ставились оттиски календарного штемпеля). Будем надеяться, когда-нибудь найдут почтовые отправления с данными отметками и тем самым переведут амгунскую пароходную почту из категории «неизвестная» в «известную». А чтобы лишить фальсификаторов искушения создать «суперраритет» русской пароходной почты, создана база данных о движении пароходов «Муром» и «Амгунец» в навигации 1914 – 1916 годов (без этой информации трудно угадать правильную дату на штемпеле). Что же касается дальнейших исследований, то они должны быть направлены на восстановление знания о пароходной почте по другим судоходным притокам Амура.

 

                                                                                                                       Виктор Блануца

                                                                                                                                  г. Иркутск