![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
aakina | Вспоминая о голодоморе |  |
Над темой номера работала |
Сколько жизней унес голод?
Голод 1933 года не просто охватил огромные территории с населением в десятки миллионов человек. Он повсеместно приобретал крайние формы, по всей стране смерть от голода стала обычным явлением. Казалось, что скрыть трагедию такого масштаба было невозможно.
Но не было такой задачи, какой не могла бы решить советская статистика и советская пропаганда. В вышедшей всего три года спустя после катастрофы книге утверждалось, что если что и задерживает понижение смертности, так это капитализм, о чем "говорит и сравнение с СССР, в котором смертность падает быстрее, чем в капиталистических странах. Так, смертность в 1933 г. составляла в процентах к 1913 г. по данным ЦУНХУ: СССР - 56,0; Германии - 74,4; Англии и Уэльсе - 89,1; Франции - 89,3; Японии - 91,8"4.
Понятно, что в СССР все имеющиеся данные об истинном положении вещей были засекречены. Но, кроме того, далеко не все данные имелись даже и в органах государственной статистики. К концу 1920-х годов еще не все территории СССР были охвачены регулярной регистрацией рождений и смертей, а репрессии и голод 1929-1933 годов разрушили во многих регионах даже существовавшую несовершенную систему учета. Поэтому всем исследователям масштабов и демографических последствий голода приходится опираться на неполные, отрывочные данные. Впрочем, и эти данные говорят о многом.
В архивах сохранились помесячные сведения о числе зарегистрированных смертей по некоторым территориям5. В них, конечно, тоже отразился недоучет смертей, но все же по этим сведениям можно твердо судить о том, что общее повышение смертности, начавшееся с 1929 года, в 1933 году превратилось в резкий взрывоподобный рост, который продолжался до лета 1934 года, то есть до нового урожая. Так, в Киевской и Харьковской областях, по которым имеются такие сведения, в весенне-летние месяцы 1933 года смертность сельского населения выросла более чем в 6 раз при сравнительно небольшом подъеме смертности горожан (рис. 1 и 2). Тысячи трупов, которые подбирали на улицах городов, были трупами крестьян, тщетно искавших спасения в относительно более сытых городах.
Рисунок 1. Помесячные числа умерших городских и сельских жителей Киевской области, 1932-1934
Рисунок 2. Помесячные числа умерших городских и сельских жителей Харьковской области, 1932-1934
Более общие данные о помесячных числах умерших за 1932-1934 годы, зафиксированных на тех территориях РСФСР и Украины, где продолжалась регистрация (по России отчет представили 24 региона из более чем 40, входивших в состав России в этот период), приведены на рис. 3 и 4. В целом по России с осени 1932 по июль 1933 года число умерших увеличилось более чем в 2,5 раза, на Украине максимальное число смертей пришлось на июнь 1933 года и превосходило соответствующее число осенних месяцев 1932 года более чем в восемь раз!
Рисунок 3. Помесячные числа зарегистрированных умерших в РСФСР за 1932-1934 годы
Рисунок 4. Помесячные числа зарегистрированных умерших в Украинской ССР за 1932-1934 годы
Так как исследователям приходится иметь дело с неполными и ненадежными данными, каждый из них поневоле дает свою интерпретацию этих данных и вносит в них свои коррективы, что приводит к большому числу различных оценок. Приведем несколько таких оценок для СССР в целом.
Таблица 1. Оценки числа жертв голода 1932-1933 года для СССР
Автор | Число жертв, миллионов человек |
Ф. Лоример, 1946 | 4,8 |
Б. Урланис, 1974 | 2,7 |
С. Уиткрофт, 1981 | 3-4 |
Б. Андерсон и Б.Сильвер, 1985 | 2-3 |
Р. Конквест, 1986 | 8 |
С. Максудов, 1982 | 9,8 ± 3 |
В. Цаплин, 1989 | 3,8 |
Е. Андреев и соавт., 1993 | 7,3 |
Н. Ивницкий, 1995 | 7,5 |
Источники: Lorimer F. The population of Soviet Union: History and Prospects. Geneva, League of Nations, 1946; Урланис Б.Ц. Проблемы динамики населения СССР. М., 1974, с. 310; Wheatcroft S.C. Famine and Factors Affecting Mortality in the USSR: The Demographic Crises of 1914-1922 and 1930-1933 // Reported in Vevey Switzerland. July 1981. Symposium The Famine History. Birmingham University; Anderson B. A. and Silver B.D. Demographic Analysis and Population Catastrophes in the USSR. //Slavic Review. 1985, 44, № 3, p. 517-536; Конквест Р. Жатва скорби // Новый мир, 1989, № 10, с. 179-200; Максудов С. Потери населения СССР. Benson/ Vermont: Chalidze Publications, 1989; Цаплин В.В. Статистика жертв сталинизма в 30-е годы // Вопросы истории, 1989, № 4, с. 178; "Советская культура" от 31 марта 1990; Андреев Е.М., Дарский Л.Е., Харькова Т.Л. Население Советского Союза. 1922-1991. М., 1993; Ивницкий Н.А. Голод 1932-1933 годов. М., 1995.
Как видим, боле поздние оценки, как правило, и более высокие. Создается впечатление, что истинные масштабы голода долгое время недооценивались, и лишь после того, как открылся доступ ко многим архивным документам, стал осознаваться и его истинный размах.
В период демографической катастрофы 1933 года наиболее незащищенными оказались дети и старики: концентрация смертности в детских и старческих возрастах ярко выражена. На долю детей моложе 5 лет приходилось почти 35% смертей, на долю стариков старше 60 лет - свыше 23%6. Младенческая смертность в 1933 году, рассчитанная с учетом коррекции на недоучет демографических событий, составляла в СССР - 317‰7, в России - 295‰8. Продолжительность жизни в России в 1933 году снизилась более чем в два раза по сравнению с 1928 годом.
4 - Смулевич Б.Я. Буржуазные теории народонаселения в свете марксистско-ленинской критики. М-Л., 1936, с.193.
5 - ЦГАНХ СССР. Ф. 1562. оп. 20, ед. хр. 41.
6 - Исупов В.А. Демографические катастрофы и кризисы в России в первой половине ХХ века. Новосибирск, 2000, с. 94.
7 - Андреев Е.М., Дарский Л.Е., Харькова Т.Л. Население Советского Союза. 1922-1991. М., 1993, с. 135.
8 - Андреев Е.М., Дарский Л.Е., Харькова Т.Л. Демографическая история России: 1927-1959. М., 1998, с.164.
| Вспоминая о голодоморе | |
Над темой номера работала |
Событие, о котором не любят вспоминать
Среди российских годовщин нынешнего года 70-летие страшного голода, унесшего миллионы человеческих жизней, - одна из самых мрачных.
Развернутая в СССР в конце 1920-х - начале 1930-х годов индустриализация требовала громадных затрат и миллионов рабочих рук. Все это было взято из деревни в результате коллективизации сельского хозяйства и раскулачивания, сопровождавшегося изъятием имущества и высылкой семей "кулаков" в необжитые края. Коллективизация достигла своего первого пика в феврале 1930 года, когда были коллективизированы почти 8 миллионов хозяйств.
В 1931-1932 годах на фоне повторяющихся волнами репрессий, высылок и коллективизации во все возрастающих размерах шли хлебозаготовки и реквизиции. Они проводились с целью умножения государственных запасов и экспорта хлеба в обмен на западные технологии и машины. В 1928 году заготовки поглотили приблизительно 15% собранного урожая, в 1930 их доля подскочила до 26% и продолжала расти в последующие годы, достигнув 33% в 1931 и 34,1% в 1933 году. Это в среднем по стране, в хлебородных же районах, таких как некоторые области Украины или Северного Кавказа, государство уже в 1931-1932 годах конфисковало почти половину урожая1, несмотря на то, что в 1931 году ряд хлебопроизводящих районов был поражен засухой. Вывоз зерна за рубеж в 1931 году даже увеличился: 48,4 миллиона центнеров в 1930 и 51,8 миллиона центнеров в 1931 году2.
В конце концов, в результате ежегодно повторяющегося вывоза зерна из крестьянских хозяйств, колхозов и совхозов в течение 1930-1932 годов, деревня осталась без хлеба. Летом 1932 года в СССР голод разразился в производящих зерновых районах Украины, Северного Кавказа, Нижней и Средней Волги, Южного Урала, Западной Сибири и Казахстана. В отличие от пережитого на исходе гражданской войны голода 1921-1922 годов, голод 1932-1933 годов, вспыхнувший в мирное время после нескольких довольно благополучных лет, правящая верхушка во главе со Сталиным считала сугубо внутренним делом и всячески скрывала его от Запада. О зарубежной помощи пострадавшим, подобной той, какая оказывалась в 1921-1922 годах, не было речи. Граждане СССР за произнесение слова "голод" подвергались репрессиям.
В условиях нараставшего массового голода 27 декабря 1932 года было принято постановление о введении в СССР паспортной системы для всех граждан, за исключением крестьян. В результате в селах люди умирали от голода, не имея возможности спастись бегством из голодающих районов и вообще из деревни на законном основании. Меньше чем через месяц после ведения паспортной системы, 22 января 1933 года Сталин и Молотов направили партийным, советским и карательным органам ряда районов страны не имеющую прецедента директиву, в которой отмечалось, что на Украине и Кубани начался массовый выезд крестьян в ЦЧО, на Волгу, в Московскую и Западную области, в Белоруссию. Органам власти предписывалось не допускать массового выезда крестьян в другие районы, а "пробравшихся на север" немедленно арестовывать и после того, как будут выявлены контрреволюционные элементы, выдворять на места их прежнего жительства.
К началу марта 1933 года, по данным ОГПУ, было задержано 219,5 тысячи человек, из которых 186,6 тысячи были возвращены, а остальные привлечены к судебной ответственности3. В дальнейшем закрепощение крестьян было продолжено, и 17 марта 1933 года, в самый разгар голода, было принято постановление ЦИК и СНК СССР, согласно которому выход из колхоза допускался только с разрешения администрации на основе оргнабора рабочей силы. Помимо этого принимались меры и полицейского характера. Территории, пораженные голодом, окружались войсковыми кордонами, и население не выпускалось за их пределы.
Усилия властей дали свои результаты. Если до конца 1932 года люди еще как-то справлялись со все ухудшавшимся положением, то с наступлением нового года и введением новых жестких государственных ограничений беда превратилась в катастрофу. С февраля 1933 года начался колоссальный рост смертности.
Длительное время руководство Советского государства либо скрывало сам факт разразившегося голода, либо преуменьшало его масштабы. Лишь в конце 80-х годов ХХ века стали открываться советские архивы, и многие документы, в том числе статистические материалы по смертности в СССР за первую половину 1930-х годов, итоги Всесоюзной переписи 1937 года, стали доступны для анализа ученых.
Как известно, сильнее всего связанные с голодом трагические события затронули Украину, где они расцениваются как одна из самых значительных трагедий ХХ века. В память о жертвах этого страшного голодомора 25 ноября 2002 года на Украине отмечался День памяти жертв голода и политических репрессий в соответствии с ранее опубликованным Указом Президента Украины от 7 февраля 2002 года "О мероприятиях в связи с 70-й годовщиной голодомора в Украине". В России же о тех далеких событиях вспоминают редко, хотя масштабы трагедии и здесь были немалыми.
1 - Документы свидетельствуют. Из истории деревни накануне и в ходе коллективизации, 1927-1932. Под ред. В.П.Данилова, Н.А. Ивницкого. М., 1992, с. 40.
2 - Население России в ХХ веке. Исторические очерки. Т.1. 1900-1939 г. М., 2000, с. 266.
3 - Там же.
