„Україна 2014: Перша постколоніальна революція“ (Ілля Герасімов).

[aakina]

Фрагмент:

У нас просто нет готового аналитического языка и объясняющих моделей для описания рождения новой Украины как уникального и – действительно – беспрецедентного феномена. Задачей форума “Украина и кризис ‘русистики’: включенное наблюдение исторического процесса”, публикуемого в этом номере Ab Imperio, как раз и является координация коллективных интеллектуальных усилий, необходимых для начала выработки этого языка и этих моделей. Чтобы расширить репертуар имеющихся в нашем распоряжении объясняющих парадигм, я предлагаю серьезно отнестись к концепции постколониальной революции.

Революция 2014 г. не была чисто политическим или гражданским протестом. Ее многонациональные участники сознательно подчеркивали ее “украинскость”, используя главные символы украинской культурной идентичности: язык, патриотические приветствия, ключевые фигуры литературного канона, элементы национального костюма и музыку. И все равно эта революция – и нация, которую она породила – не должны концептуализироваться в логике фиксированных идентичностей (“гражданских” vs “этнических”, “политических” vs “культурных” и пр.). Как в форуме подчеркивает Ярослав Грыцак, именно радикальный разрыв с политикой идентичностей (фундаментальной для антиколониальных и национально-освободительных движений ХХ в.) отличает Украину от ее соседей, прежде всего от России:

"Украинцы Евромайдана думают про модернизацию и ценности, Путин и его Россия – про безопасность и идентичности… [Н]ациональные вопросы были не единственными на его [Майдана] повестке дня – и даже не главными. Не были ими и вопросы языка и исторической памяти."

Это различие, проведенное Грыцаком, дает ключ к пониманию беспрецедентной уникальности происходящего в Украине.

Украинская революция является постколониальной, потому что она не только свергла политическую и экономическую гегемонию тирана (местного или иностранного), но и высвободила силы социальной самоорганизации. Более того, повестка дня революции и в особенности постреволюционного периода была сформулирована в основном самими гражданами Украины и на их условиях, а не Януковичем или Путиным (и необходимостью реагировать на их “инициативы” – замаскированная форма зависимости). Самая общая рамка для разделяемых всеми участниками революции ценностей (для простоты обозначаемая как “европейский выбор”) структурировала открытое поле обсуждения общей субъектности и поведения в соответствии с ней. В этих обобщениях нет никакой метафизики: новая украинская субъектность проявляет себя в эмпирически верифицируемых и даже статистически измеряемых социальных взаимодействиях, на микро- и макроуровне.

Матеріал повністю ▷ net.abimperio.net